Они приехали служить: солдаты-одиночки в ЦАХАЛе после 7 октября

После жестокой атаки ХАМАСа 7 октября 2023 года, когда по университетскому кампусу разносились антисемитские кричалки, а на плакаты с изображением заложников были нанесены ругательства, Ребекка поняла, что больше не может оставаться в Соединенных Штатах. Всплеск антисионизма сделал ее решение очевидным: переехать в Израиль и идти служить в ЦАХАЛе.

Ребекка, которая попросила не называть ее настоящего имени, сделала это в августе 2024 года и сейчас служит в статусе солдата-одиночки. Ее страхи частично связаны с личными переживаниями, перенесенными после 7 октября, когда, по ее словам, «моя лучшая подруга сказала мне, что мы больше не можем быть друзьями». Этот опыт заставил ее с осторожностью относиться к тому, кому она доверяла, сообщая о своем решении поступить на военную службу.

«Люди, с которыми я сидела на занятиях, с которыми я училась и получала знания, болели за “вооруженное сопротивление” и в то же время малевали свастики на плакатах с изображением наших заложников, — говорит Ребекка. — Переезд в Израиль и призыв в армию стал для меня единственным поступком, имевшим смысл».

Она имела в виду широко распространенные плакаты «KIDNAPPED», созданные для привлечения внимания к заложникам, похищенным 7 октября. В США и других странах эти плакаты стали объектом нападок антиизраильских активистов.

После 7 октября израильское сообщество одиноких солдат — юношей и девушек, служащих в ЦАХАЛе без поддержки родителей, — выросло, а их мотивация стала более глубокой, отмечает Times of Israel.

Согласно данным ЦАХАЛа, в марте-апреле были призваны 1 113 новых иммигрантов, 674 мужчины и 459 женщин. Это значительно больше, чем в предыдущие годы: за тот же период в 2024 году было призвано 883 новых иммигранта, а в 2023 году — 799. Больше всего новобранцев прибывает из США, России и Эфиопии, и эта тенденция сохраняется с 2024 года.

Около призывного пункта в Рамат-Гане (Avshalom Sassoni/Flash90)

Сегодня в ЦАХАЛе насчитывается около семи тысяч солдат-одиночек. Примерно половина из них — добровольцы из-за рубежа, остальные — израильтяне, не имеющие поддержки родителей, например сироты или выходцы из неполных семей. Многие одиночки из числа уроженцев Израиля происходят из ультраортодоксальных семей, которые не одобряют их решение поступить на службу.

Всего в марте-апреле было призвано 709 одиноких солдат, но ЦАХАЛ не уточнил, сколько из них были иностранными добровольцами, а сколько — уроженцами Израиля.

Многие будущие одинокие солдаты репатриируются в Израиль через «Гарин Цабар» — программу, которая с 1991 года помогает молодым людям со всего мира переехать в Израиль и поступить на службу в ЦАХАЛ. После 7 октября число одиноких солдат, репатриировавшихся в Израиль через «Гарин Цабар», выросло примерно на 30%, сообщили в программе.

Мы чрезвычайно гордимся теми, кто решил иммигрировать и служить сейчас, в такое сложное время», — сказал глобальный директор «Гарин Цабар» Яир Ран Пелед, отметив, что за последний год благодаря программе в ЦАХАЛ вступили более 450 одиноких иммигрантов.

Пелед заметил глубокие изменения в мотивах новобранцев после атак ХАМАСа и последующей войны: «Мы видим заметное усиление мотивации у кандидатов. Многие из них выражают сильное желание переехать в Израиль, поступить на службу в ЦАХАЛ и внести свой вклад в развитие страны именно в этот трудный период».

Пелед также отметил рост антисемитизма за рубежом как мощный подталкивающий фактор: «Еврейская молодежь в кампусах по всему миру сталкивается с антисемитизмом и отторжением окружения из-за антиизраильски настроенных соучеников, что подталкивает их к иммиграции и службе в Израиле», — добавил он.

Тем не менее, проблемы, с которыми сталкиваются будущие одинокие солдаты, усиливаются. «Эмоциональные проблемы начинаются с иммиграции и серьезных перемен в жизни, — говорит Пелед, — и продолжаются из-за армейских реалий, особенно когда новобранцы сталкиваются с разрывом между своими ожиданиями и рутиной службы в ЦАХАЛе».

С начала войны обострились проблемы психического здоровья, чувство изоляции, а также материально-технические трудности, такие как обеспечение жильем и необходимость хождения по бюрократическим инстанциям.

В сообществе «Гарин Цабар» глубоко ощущается личный ущерб от войны. «Сегодня нет ни одного солдата, который бы не знал лично кого-то раненого или убитого», — говорит Пелед.

Среди погибших — Омер Нейтра, 22-летний солдат-одиночка из США, командир танка, который был убит в бою 7 октября, после чего его тело было похищено в Газе и до сих пор удерживается ХАМАСом. Еще один израильско-американский участник программы, похищенный в тот день, 21-летний Эдан Александер, предположительно, жив и находится в плену в Газе. На пропагандистском видео, выпущенном ХАМАСом в середине апреля, Александер выражает надежду на освобождение.

Омер Нейтра (слева) и Эден Александер

Похищение и гибель вступивших в ЦАХАЛ благодаря «Гарин Цабар» остается постоянным источником боли для участников программы. В ответ на это организация усилила эмоциональную поддержку не только для солдат, но и для их семей за границей.

Репатриант из Нидерландов, приехавший в Израиль в январе 2024 года и также пожелавший остаться неизвестным: «К тому времени, когда произошло [7 октября], я уже знал, что хочу поступить на службу в ЦАХАЛ, и то, как все разворачивалось, только усилило это чувство». Несмотря на сопротивление семьи и друзей, он принял решение пойти служить в израильскую армию. «Им все еще тяжело, но со временем мы все привыкли к этому», — сказал он, подчеркнув, что не жалеет о своем решении.

После окончания срочной службы многие одинокие солдаты остаются в качестве резервистов — эта роль стала еще более заметной после начала войны: более 300 000 резервистов были призваны на службу после атаки ХАМАСа 7 октября.

Сержант первого класса в отставке Владимир Матвейчук, резервист танкового подразделения, репатриировался с Украины в 2016 году. 7 октября, закончив ночную смену на работе, он бросил все дела, чтобы явиться на службу. На второй месяц войны Матвейчук был ранен, когда его танк перевернулся в лагере беженцев Джабалия на окраине города Газа. Несмотря на ранение, он продолжил службу в резерве, отслужив в общей сложности 180 дней с начала войны. «Это моя страна, — сказал он, — она дала мне все. Я не мог просто стоять в стороне и смотреть, как на нее нападают».

Вернувшись в центральную часть Израиля, Ребекка продолжает службу, испытывая одновременно гордость за свое решение и эмоциональную тяжесть, связанную с отдаленностью от дома: «Иногда одиночество застает меня врасплох... а иногда мне просто хочется обнять маму», — рассказывает она о трудностях, с которыми приходится сталкиваться одинокому солдату. Тем не менее, несмотря на все трудности, она ни о чем не жалеет: «Переезд сюда после [7 октября] стал самым значимым и важным решением в моей жизни. Даже в плохие дни я не могу представить себя в другом месте».