Сложная судьба Бориса Дадашева. Часть 2

В 1944 году советские войска подошли к Риге. В лагере узнали об этом. Члены подпольного комитета, который возглавлял Дадашев, стали готовить вооруженное восстание, собирая всё оружие, которое удавалось выкрасть у пьяных немцев: гранаты, патроны, пистолеты. Дадашев «подружился» с охранниками (по крайне мере, так думали другие военнопленные), он ходил с ними мыться в баню, у него была возможность свободно перемещаться по территории лагеря. Борис начал прятать украденные у пьяных немцев гранаты в пожарных бочках с песком. Когда один из немцев обнаружил гранаты в одной из бочек, стали проверять все бочки, нашли оружие. Подозрение пало на Дадашева и его фронтового друга Воронцова. Так как среди пленных хватало настоящих предателей, подсадных уток, они никому не доверяли, никто об этом не знал. Их стали пытать. Дадашева стали допрашивать, выбили все зубы. Немцы заподозрили, что он еврей: Дадашева выдавали черты лица, отчество. О том, что Дадашев еврей, в лагере не знали, он выдавал себя за лезгина, в документах было написано «Дадашев Борис Рафил-заде» и что по национальности он лезгин. Перед заброской в плен, зная, что немцы уничтожают евреев, ему изменили национальность. Надо сказать, что среди Дадашевых в Дагестане и Азербайджане много мусульман. И вот немцы нашли среди военнопленных лезгина по национальности и приказали ему поговорить с Борисом на лезгинском языке. Дадашев владел многими языками, только лезгинского среди них не было. Но природа наделила его еще и смекалкой. Он подмигнул лезгину, и они поняли друг друга. Когда товарищ по несчастью говорил с ним на лезгинском, Борис отвечал на горско-еврейском с лезгинским акцентом. Оба человека, попавшие в нечеловеческие условия, сговорились. Они прекрасно поняли друг друга, говоря на разных языках, и в итоге настоящий лезгин сказал немцам, что Дадашев – тоже лезгин, он спас ему жизнь.

А затем, прекрасно сознавая, что за подготовку вооруженного восстания им грозит смертная казнь, они совершили побег. Побег оказался удачным. Ночью пробрались в город Ригу, где их спрятала и приютила семья Марии Эглитис. Они проживали под полом в погребе. Но и в Риге друзья не сидели без дела: находчивый Борис вырезал матрицу – буквы из куска резины, изготовил из них буквы и смастерил печатный станок. Бывшие пленные слушали радио. По радио сообщалось о приближении советских войск, и они на самодельном станке печатали листовки, в которых информировали население Риги о том, что происходит на фронте. Призывали к вооруженному восстанию и сопротивлению.

Дадашев и Воронцов были подпольщиками, участниками комитета «Смерть – смерти», оповещая населении о том, что происходит на фронте. Автором текста листовок был Дадашев. Смысл названия заключался в том, что фашизм несет в себе смерть, и мы желаем ему смерти. Руководителем подполья также оставался Дадашев. Он в совершенстве владел литературным языком. После того как советские войска освободили Ригу, Дадашев работал во Франции переводчиком, он помогал советским и иностранным военнопленным с переводом, помогал восстанавливать документы и возвращаться на родину. Когда он сам вернулся в СССР, один из бывших военнопленных признал в нем «предателя» и сказал, что в лагере он работал на немцев, в результате Борис Дадашев был арестован. В советских концлагерях его пытали, пытались выбить из него признания в пособничестве немцам. Его документы оказались якобы утеряны – те, по каким его отправляли на задание. Правда, каким-то образом часть патриотических листовок, распространенных комитетом «Смерть – смерти», сохранилась и попала в руки следователей НКВД, его пытавших. Дадашев в своих показаниях заявлял, что печатал эти листовки он. Тогда ему принесли резину и предложили изготовить буквы. Борис Рафаилович вновь сделал матрицу, и экспертиза доказала, что буквы из листовок и буквы, изготовленные Дадашевым, сделаны одной и той же рукой. Благодаря этому Дадашев был полностью реабилитирован. Его двойственное положение в плену можно было расценить как «свой среди чужих, чужой среди своих».

После демобилизации Борис Дадашев женился на жительнице Риги – на русской женщине по имени Мария. Жил в Риге. В 1946 году у них родилась дочь Тамара, в 1947-м – сын Олег. Борис Рафаилович много лет работал в Рижской высшей мореходной школе, занимая должность заместителя директора, и по совместительству работал преподавателем русского языка и литературы, преподавал также иностранные языки. Он был талантливым преподавателем, его любили ученики и с удовольствием посещали его уроки.

Его и Марии дети подросли, но личная жизнь не сложилась, и супруги приняли решение расстаться. В настоящее время Олег Дадашев – подполковник запаса медицинской службы, он был военным врачом в пограничных войсках, проживает в городе Томске. Единственная дочь Тамары Дадашевой – Инга – вышла замуж за немца и живет в Германии, в городе Гамбурге.

Борис вернулся в Дербент в 1964 году. Родственники познакомили его с Мирасой Адамовой. В 1966 году у них родился сын, которого назвали Рафаэлем в честь отца Бориса. Чуть позже родилась и дочь, которой дали имя Салиха. Но родные ее чаще называют Светланой. Рафаэль живет в Санкт-Петербурге, его мама Мираса и семья Светланы – в Хайфе, в Израиле. Она воспитывают двух дочерей. Старшая дочь получила диплом врача, а младшая – студентка медицинского института в Румынии. Борис Рафаилович работал в Дербенте на консервном заводе рабочим. Скончался в 1982 году, похоронен на дербентском иудейском кладбище.

Автор: Материал подготовила Ирина Михайлова