Верхняя палата Сейма Польши утвердил запрет словосочетания «польский лагерь смерти»

В ночь на четверг, 1 февраля, Сенат (верхняя палата парламента) Польши принял закон об уголовной ответственности за пропаганду идеологии украинских националистов, отрицание Волынской резни и утверждения о пособничестве поляков нацистам в годы Второй мировой войны.

Речь идет о поправках к закону об Институте национальной памяти, согласно которым, в частности, человек, публично обвиняющий Польшу в преступлениях, совершенных во время Холокоста, в пособничестве нацистской Германии, военных преступлениях или преступлениях против человечности, может быть приговорен к тюремному заключению сроком на три года.

Закон запрещает использовать словосочетание "польский лагерь смерти" при описании концлагерей, существовавших на территории оккупированной Польши. Наказанию будут подвергнуты и те, кто попытаются "сознательно преуменьшить ответственность истинных виновников этих преступлений".

Этот закон вызвал неоднозначную реакцию в Израиле. В течение нескольких дней, предшествовавших утверждению закона Сенатом Польши, его содержание обсуждалось израильскими и польскими политиками. После утверждения Сенатом закон должен быть одобрен президентом Польши.

Принятие этого закона вызвало гневную реакцию со стороны многих израильских политиков, включая премьер-министра и президента страны.

Израильский историк Арон Шнеер, сотрудник Национального института памяти жертв нацизма и героев сопротивления "Яд ва-Шем", комментировал публиковал следующий комментарий: "К спору о принадлежности и названии лагерей, находившихся на территории Польши во время немецкой оккупации. Независимо от места нахождения: в Западной ли Европе, на оккупированной территории СССР – концлагеря и лагеря смерти были немецкие. Если угодно, нацистские, в Транснистрии – румынские, в Петрозаводске и в Финляндии – финские. Были и венгерские в Венгрии. Нет и не было польских, латышских, украинских, русских концлагерей и лагерей смерти на оккупированной немцами территории. Лагеря лишь находились на соответствующих захваченных немцами-Германией государств". "Никто не отрицает участие местных коллаборантов и просто жителей некоторых оккупированных стран в совершенных массовых погромах и преступлениях против евреев. Однако надо быть точными в определениях. И горе-политики, не зная истории, спекулируют фактами и провоцируют абсурдные политические дискуссии, приводящие к непониманию, спорам, конфликтам на межгосударственном уровне. "Тщательнее" надо быть израильским политикам", – писал Арон Шнеер.

А.Шнеер пояснил, что поляки могли оказаться в числе охранников концлагеря, но не было никакой польской службы охраны нацистских концлагерей. Он также отметил, что для абсолютного большинства поляков с сентября 1939-го вплоть до окончания войны в 1945-м немцы оставались врагами, и германские власти не доверяли польской полиции.

В то же время, руководство "Яд ва-Шем", как и большинство израильских политиков, осудило принятие Польшей поправок к закону об Институте национальной памяти.