Лидеры харедим уходят в оппозицию?

В июне два министра от партии «Агудат Исраэль», Ицхак Гольдкнопф и Меир Поруш, покинули правительство. В начале этой недели партия «Дегель а-Тора» вышла из коалиции, за ней последовала «Агудат Исраэль». Большинство комментаторов отнеслись к этим событиям с некоторым цинизмом, сохраняя уверенность, что до вступления отставок в силу будет найдена формула закона о призыве, и все они вернутся в лоно коалиции.

Я не уверен, что они правы. Есть вероятность, что харедим (по крайней мере, ашкеназская фракция) «пойдут до конца» и покинут правительство, даже если это приведет к его падению. Мы должны учитывать возможность того, что харедим меняют свое отношение к израильскому обществу в целом и возвращаются к своей исторической позиции оппозиционности: сопротивляются власти и их ожиданиям.

Харедим считают себя «выжившим остатком» — настоящими евреями, которые не были «испорчены» волнами модернизации, секуляризма и национализма, и поэтому стоят особняком от всего еврейского общества. Они поддерживают параллельную систему общественных институтов — не только школы и синагоги, но также общества беспроцентного кредита и благотворительные организации. Их основная идеологическая позиция заключается в том, что они «находятся в изгнании среди евреев» — по названию статьи одного из их лидеров в Польше, Натана Бирнбаума (1864-1937).

Партии харедим входят в коалиции во главе с «Ликудом» уже почти 50 лет, с момента политического переворота Менахема Бегина в 1977 году. На протяжении многих лет «Ликуд» по сути приглашал харедим отказаться от своей оппозиционности и присоединиться к широкой правой коалиции с участием традиционалистов и религиозных сионистов — «коалиции верующих», как ее называет Шимон Риклин. Харедим ответили, что они готовы пойти на это, но только при условии, что будут защищены их основные интересы, к которым, в первую очередь, относится полное освобождение от военной службы всех ультраортодоксов, посвятивших себя полноценному изучению Торы. Некоторое время такое требование было политически невыполнимым из-за присутствия в коалициях «Ликуда» секуляристских («Исраэль Бейтену») или центристских («Еш Атид») партий. Тем не менее, существовала надежда, что с приходом к власти «чисто правых» правительств закон об освобождении харедим от призыва в армию наконец будет принят. Конечно, этого не произошло, и Нетаньяху фактически затянул этот вопрос на два года.

Важно не только то, что этого не произошло, но и то, что руководство харедим все больше убеждается, что этого и не может произойти. Они понимают, что проблема не в политиках, а в самом израильском обществе, включая религиозных сионистов и сторонников «Ликуда», которые выступают против такого шага. Другими словами, они теперь понимают, что возвращаются к оппозиционным отношениям с широким израильским обществом. Это сценарий, который они хорошо знают — можно сказать, что это их основополагающий сценарий. В таком сценарии харедим снова окажутся в оппозиции, как это было на протяжении десятилетий до 1977 года. Они будут в оппозиции, потому что принципиально против сионистской структуры Государства Израиль и признают, что в сионистском государстве, по сути, нет места харедимной общине и ее ценностям. То есть радикальное руководство харедим готово (возможно, даже желает) вернуться в оппозицию.

Естественно, такой шаг будет иметь последствия, как отмечают комментаторы, но не ясно, будут ли они решающими. Арье Дери (ШАС) не хочет свергать правое правительство. Но сомнительно, имеет ли это значение для раввинов Ландо и Гирша или для Гурского ребе. Для них правые и левые практически неотличимы — и те, и другие включают евреев, которые отказались от пути Торы и присоединились к ложной идеологии сионизма. Правда, они потеряют значительное финансирование. Но даже это может не сильно их беспокоить.

Харедимная община в Израиле является по сути элитарной. Изначально она должна была включать только тех, кто готов посвятить свою жизнь изучению Торы из самопожертвования, ведя скромную материальную жизнь вместе со своими семьями. С годами харедимное население расширилось, а вместе с ним возросло политическое влияние и поток государственного финансирования. Вполне возможно, что руководство харедим теперь готово вернуться к старой модели — более высокое качество в обмен на меньшее количество. Трудно представить, что пожилые раввины и хасидские адморы беспокоятся о том, что харедимные семьи не ходят в кафе по субботам вечером и не ездят в отпуск за границу. Их не беспокоит и то, что «современные харедим» могут покинуть общину. Важно, чтобы остались «выжившие остатки» — верные Израиля, преданные пути своих предков.

Times of Israel, перевод Якова Скворцова