Возвращение ненависти, которая никогда не исчезала

Кажется, что резня, устроенная ХАМАСом 7 октября 2023 года, должна была вызвать международную солидарность, однако во многих странах возникло противоположное явление: жестокое, раскованное и явное возвращение антисемитизма. Как объяснить это явление?

7 октября 2023 года человечество пошатнулось

Мирные израильтяне — мужчины, женщины, дети, старики — были убиты в результате варварских действий, напоминающих самые мрачные периоды новейшей истории. В течение нескольких дней возмущение в мире было единодушным. Но очень скоро произошло нечто непонятное: жертва стала виновником, и евреи по всему миру снова превратились в мишень. Это явление не просто возмущает. Оно свидетельствует об истине, которую некоторые не хотели видеть: антисемитизм не исчез. Он «сдерживался», превратился в табу в западной публичной сфере со времен Холокоста. 7 октября вновь активизировало его. На пропалестинских демонстрациях, в социальных сетях, в университетах с ошеломляющей легкостью зазвучали оскорбления в адрес евреев, теории заговора, оправдания терроризма.

Антисемитизм больше не скрывается. Он признаётся, а иногда даже преподносится как акт справедливости. Откуда такая перемена?

Почему после 7 октября евреи вновь стали в глазах некоторых вечными виновниками?

Первый ответ — исторический.

Образ еврейской жертвы сменился образом могущественного еврея-«колонизатора». С момента создания Израиля часть мира — в активистских кругах — перевернула нарратив: палестинцы теперь жертвы, а Израиль — угнетатель. Этот упрощённый и бинарный нарратив стирает всю сложность и прокладывает путь для «оправданной» ненависти. Эмоции берут верх над фактами, а мораль становится избирательной.

Второй ответ — культурный и идеологический.

В постколониальном анализе, ставшим распространённым во многих сферах, любой, у кого есть армия, государство или власть, «обязательно» находится на неправильной стороне истории. При этом Израиль, и, как следствие, израильские евреи, воспринимаются как привилегированные и доминирующие. Поэтому они больше не могут быть жертвами. Они могут быть только виноватыми. Эта меняющаяся мораль — сама суть современного антисемитизма.

Третий ответ: социальные сети стали усилителями ненависти.

Трагические, шокирующие кадры из Газы были вырваны из контекста, использованы как эмоциональное оружие, без напоминания о событиях 7 октября. Алгоритм поощряет возмущение, а не нюансы. В этой войне восприятий трупы палестинцев становятся доказательствами, а о трупах израильтян — молчат.

И, конечно же, существует этот коварный переход между антисионизмом и антисемитизмом. Мы начинаем с критики политики Израиля, затем говорим о «сионистах», потом о «еврейском лобби», наконец о «евреях». Этот переход тем более эффективен, что он маскируется воинственным языком. Многие сегодня считают, что могут оскорблять евреев во имя прав человека. Ненависть обретает некую форму моральной легитимности, когда она скрывается за идеологической оболочкой.

Но прежде всего мы должны подчеркнуть главную «слабость»: слабость государств и институтов, парализованных страхом показаться «предвзятыми». Столкнувшись с давлением улицы, общества или активистов, они отказываются от своей моральной ответственности.

Они молчат перед лицом ненавистнических лозунгов. Они предпочитают политический баланс правде.

Это не только предательство памяти; это угроза будущему.

Антисемитизм — это никогда не просто ещё одна форма ненависти. Это разоблачение, катализатор, переломный момент в развитии цивилизации. Когда ненависть к евреям снова становится приемлемой, это происходит потому, что демократические гарантии ломаются.

То, что мы переживаем сегодня, неудивительно. Это возвращение. Возвращение старого демона, которого мы считали побеждённым, но который просто молчал.

Times of Israel française, перевод Ильи Амигуда